Что делать?
26 марта 2019 г.
Как сделать Конституционный суд независимым и эффективным?
30 ОКТЯБРЯ 2018, ПЕТР ФИЛИППОВ

ТАСС

Дайджест по материалам прессы

О необходимости разделения властей, о системе сдержек и противовесов, которая не позволяет сконцентрировать власть в руках авторитарного властителя написано немало книг и статей. Но, как оказалось, разделения мало. Нужен надзор за его исполнением. Во многих развитых странах в последние годы сформированы специальные институты конституционного надзора за взаимодействием ветвей власти, регионов и центра, за соблюдением неотъемлемых прав человека. Иногда эти функции исполняют Верховный суд страны (как в США), иногда конституционный надзор поручают специальному Конституционному суду, как это сделано в Италии, Австрии и ряде других стран.

Поэтому для нас так важно, что  собой  представляет наш Конституционный суд сегодня, как он выполняет свои обязанности и почему в России нарушено разделение властей и сформировалась авторитарная власть президента.

Мы знаем, что наш Конституционный суд смиренно наблюдает за попранием гарантированных Конституцией неотъемлемых прав граждан на свободу слова, собраний и объединений, попранием принятых Госдумой законов и за откровенным полицейским произволом. Суд не выступает против таких неправовых законов, как «закон Димы Яковлева» или статьи 180 и182 УК РФ. Но он и не противодействует превращению нашего федерализма в фикцию. Он покорно со всем соглашается.  

Вспомним, что Конституционный суд в 1992 признал, что КПСС и Компартия РСФСР партиями в буквальном понимании этого слова не являлись, однако не решился ни запретить, ни оправдать эти организации. Признать, что по своей практике они мало отличались от фашистских партий стран Европы, суд не решился. В начале 1990-х КПСС вывела на Запад огромные суммы, но суд посчитал не вправе решать, что и кому принадлежит из имущества КПСС, ограничившись констатацией того факта, что имущество компартии состояло из собственно партийного, государственного и бесхозного.  Дело было завершено решением, которое позволило низовым структурам КП РСФСР воссоздать центральное руководство КПРФ. Показательно, что публикацию материалов «дела КПСС» Конституционный суд начал лишь в июле 1996 года.

Об уровне смелости членов нашего Конституционного суда в ограничении авторитарной президентской власти, об их стремлении к справедливости можно судить по его председателю Валерию Зорькину. В своей статье, опубликованной в «Российской газете», он дал положительную оценку крепостному праву, отмененному в 1861 году. Зорькин посчитал, что «при всех издержках крепостничества именно оно было главной скрепой, удерживающей внутреннее единство нации». 

Но мы верим, что придет время перемен. Встанет вопрос, как реформировать наш Конституционный суд. То, что его судей придется отправить в отставку, сомнений не вызывает. Но как сформировать орган власти, независимый от других ветвей власти, действительно обеспечивающий соответствие законов и правил духу и слову Конституции? Ответ на него должен быть в программе оппозиции. Здесь полезно воспользоваться чужим опытом, например, опытом Италии.

* * *

АР/TASS

Конституционный суд Италии
занимает особое место среди высших государственных учреждений. Он был впервые в истории страны предусмотрен Конституцией 1947 года. До этого Италия не знала конституционной юстиции, конституционного надзора. Причем закон о Конституционном суде был принят только восемь лет спустя, когда депутаты нашли приемлемый компромисс. Первое заседание суд провел 23 апреля 1956 г., а первое решение вынес лишь 14 июля 1956 г.

По Конституции суд вправе принимать решения о не конституционности законодательных норм и тем самым отменять их. С 1956 г., когда он был создан, Конституционный суд более тысячи раз принимал такие решения по вопросам разных отраслей права, чаще всего возникавшим в ходе судебного разбирательства. Его решения, как правило, содействовали претворению в жизнь наиболее демократических положений итальянской Конституции.

Конституционный суд рассматривает споры о компетенции между различными органами власти, т.е. регулирует систему сдержек и противовесов. В его компетенции также разрешать споры между Центром и областями государства либо между областями. Наконец он рассматривает обвинения в нарушении конституционных норм, выдвинутые против президента республики и министров.

 Конституционный суд Италии состоит из 15 судей, пять из которых назначаются Президентом республики, пять – парламентом на совместном заседании палат и пять – высшими общими и административными судебными органами. Президент республики назначает пять членов суда по своему усмотрению, однако декрет о назначении должен быть подписан еще и председателем Совета министров. В парламенте для назначения требуется две трети голосов списочного состава в первых трех турах, и три пятых – в последующих турах. Такое квалифицированное большинство установлено для того, чтобы партии, имеющие большинство мест в парламенте и образующие правительство, не могли бы обеспечить себе треть мест в Конституционном суде. Назначение от судейского сословия производится так: три судьи выбираются Кассационным судом, один – Государственным советом и один – Счетной палатой.

Судьи подбираются из числа членов высших общих и административных судебных органов, даже находящихся в отставке, штатных профессоров права университетов и адвокатов. Все они должны иметь стаж работы не менее 20 лет. Судьи не могут назначаться повторно. Председатель суда избирается из числа его членов на трехлетний срок. По традиции председателем становится один из членов, чей срок полномочий истекает в последние три года; таким образом председатель может только один раз занимать этот пост. (Сравните с прилипшим к председательскому креслу Конституционного суда Зорькину!) 

Первоначальный срок полномочий судей был 12 лет, а с 1967 г. – он составляет девять. В отношении судей не существует каких-либо возрастных ограничений, как в ФРГ или в Австрии. Мандат судьи Конституционного суда несовместим с каким-либо иным занятием, например, занятием политикой, преподаванием. Судьи обладают иммунитетом, сравнимым с парламентским. Разрешение на их преследование в судебном порядке или отстранение от должности может быть дано только самим Судом.

Конституционный суд Италии – автономный орган в административном и, главное, в финансовом отношении. У него свое обособленное здание и свой бюджет.

 Конституционный суд Италии обычно работает в пленарном порядке по созыву председателя, который назначает докладчика по делу и устанавливает день слушания. Для принятия решения нужен кворум в 11 судей и присутствие хотя бы по одному судьи из трех назначаемых категорий. Решения принимаются большинством голосов, при их равенстве голос председателя дает перевес.

Суд контролирует конституционность законов и актов, имеющих силу законов. Такой контроль может быть предварительным и последующим. Предварительный осуществляется судом по требованию правительства в отношении законов областей до того, как они будут обнародованы. Так происходит тогда, когда комиссар правительства в области посчитает, что область превысила свою компетенцию, или если ее решение противоречит национальным интересам или интересам других областей. Если областной совет подтверждает местный закон абсолютным большинством голосов, то председатель Совета министров может запросить Конституционный суд вынести свое решение в 15-дневный срок. Это обращение главы правительства приостанавливает вступление в силу закона, принятого областным советом.

Последующий контроль может проводиться по требованию областей в отношении законов и актов государства, нарушающих права области. Конституционный суд по их поводу может быть запрошен общим или специальным судом при рассмотрении конкретного дела. Вопрос о конституционности может быть поставлен и самим Конституционным судом. Если признается обоснованным требование о признании неконституционным закона или акта, имеющего силу закона, то суд объявляет недействительными законодательные положения в пределах обращенного к нему запроса.

Кроме того, Конституционный суд рассматривает споры между парламентом и правительством, главой государства и парламентом, органами судебной власти и правительства.

При рассмотрении дел по обвинению Президента республики Конституционный суд дополняется 16 судьями, избираемыми парламентом на 9 лет по тем же правилам, что и ординарные судьи этого органа. Избрание производится по заранее составленным спискам граждан, обладающих необходимыми квалификациями для избрания в сенаторы. Члены парламента в список не включаются.

Что же касается преступлений, совершенных председателем Совета министров и министрами, то после поправки в Конституцию, внесенной в январе 1989 г., их дела рассматриваются в порядке обычного судопроизводства по разрешению, даваемому палатами парламента. До принятия этой поправки их дела также рассматривал Конституционный суд           .

Конституционный суд имеет также полномочия при проведении голосования в порядке «народного вето». Он изучает требование об отмене закона или акта, имеющего силу закона, с точки зрения их конституционности. Суд рассматривает вопрос, какие из требований допустимы и какие противоречат кругу законов, в отношении которых «народное вето» не может накладываться.

Таким образом Конституционный суд играет заметную роль в государственной системе Италии, часто выступая при вынесении решений как «созаконодатель» и даже как законодатель. Такое случается тогда, когда сами законы страдают пробелами. Тогда суд включает в них «дополнительные» или «заменяющие» положения.

Есть надежда, что изучение практики Конституционного суда Италии позволит оппозиции нынешнему авторитарному режиму сформулировать ценные предложения по назревшей реформе нашего Конституционного суда.


Фото: 1. Россия. Санкт-Петербург. Во время заседания Конституционного суда РФ. Александр Николаев/Интерпресс/ТАСС, 2. Gregorio Borgia/AP/TASS


 












РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Зачем нам богатые предприниматели?
25 МАРТА 2019 // АЛЕКСЕЙ БОЛГАРОВ, ПЕТР ФИЛИППОВ
Вопрос совсем не праздный. Наш народ 70 лет жил с идей коммунизма (или хотя бы социализма «с человеческим лицом»). А за предпринимательство в СССР полагался тюремный срок. Полки наших магазинов были пусты, за всем стояли огромные очереди, а советское, как мы хорошо знали, не значило – отличное. Преимущества экономики, основанной на рыночных отношениях и частной собственности, доказаны мировым опытом. Там, где существуют правовые государства и есть реальные гарантии собственности, где у власти находятся не «опричники», а политики, выигравшие честные выборы в конкурентной борьбе, уровень жизни простых людей в разы выше, чем в любой социалистической или авторитарной (по сути – феодальной или корпоративной) стране, подобной России. Ни одно государство, сделавшее ставку на ту или иную форму общественной собственности на средства производства, в клуб «золотого миллиарда» до сих пор еще не попадало.
РФ как вертикаль власти плюс коррупция всей страны; есть ли выход?
24 МАРТА 2019 // ИГОРЬ ЧУБАЙС
Между рецензией и листовкой (Письмо из Москвы)        Вводя в тему. Читать ученые книги, да еще не из своей области исследований – занятие любимое не всеми. Но иногда чтение экономических трудов оказывается действительно полезным и не экономистам. К тому же в данном случае один из авторов новой, коллективной работы – «Экономика России: что происходит и что делать» – всячески рекомендовал мне свое исследование. И этого автора я знаю как самого лучшего специалиста по налоговой системе и ее реформированию. Сразу уточню, речь в книге идет не столько о налогах, сколько в целом об экономической политике и экономической ситуации в нашей стране.
Горизонтальная Россия. Германия как воплощение русской мечты
18 МАРТА 2019 // ДМИТРИЙ ГУБИН
Германия вообще очень похожа на воплощение русской мечты о справедливой жизни. Достаток, социальные гарантии, добротность быта без особых ухищрений: в биргартенах все сидят на общих скамьях за общими столами, хотя кое у кого есть лошади или самолет. Но главное — обилие горизонтальных общественных связей. Основа немецкой жизни — Verein, ферайн: общество, кружок, союз. Ферайны здесь всюду. Вот во дворике играет оркестр почтовых рожков: ферайн, никаких сомнений. Есть ферайны рыболовов и охотников, кукольных мастеров и меломанов, а я на днях получил приглашение прогуляться по ночному лесу при свете факелов (устраивает лесолюбный ферайн).
В российском государстве не должно быть самодержавия!
13 МАРТА 2019 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Россия — государство авторитарное, самодержавное, с монопольной властью президента. Президент у нас мало чем отличается от царя. Но для большей части россиян авторитаризм, монархизм, диктатура, «карманный» суд и произвол власти — явления привычные, корнями уходящие в историю народа. Теплится у людей только надежда на чудо, на доброго царя-президента, который будет подписывать указы и законы не ради выгоды своих друзей и опричников, а для пользы простого народа. Но скромные авторитарные правители, думающие прежде всего о своем народе, как ЛИ Куань Ю, к сожалению, встречаются крайне редко.
Гражданский долг по нашему и по европейски
13 МАРТА 2019 // ГЕННАДИЙ ПОГОЖАЕВ
Российское общество много веков зиждется на пассивности людей, управляемых своекорыстной элитой. Те, кто пытался отстоять свои интересы, в глазах современников выглядели опасными смутьянами: что господам можно, то холопам запрещено. Существует представление, будто верховная власть – от Бога или, лучше сказать, наместник Бога на земле. При этом царь хороший, а бояре плохие. В России люди привыкли ругать власть на кухнях и писать царю челобитные.
Тернистая дорога к справедливому суду
12 МАРТА 2019 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Как показывают исследования Левада-Центра, большинство россиян предпочитает иметь во главе страны правителя «от Бога» (не важно, как его называть — фараоном, царем или несменяемым президентом), не подчиненного ни парламенту, ни результатам выборов. Мы до сих пор не ушли от средневекового и советского сознания, живем в условиях «силовой цивилизации», где закон, «что дышло», а указание начальства важнее  закона. На страже авторитарного правления стоят многочисленные  «опричники» и суд, лояльный президенту.
Чему учить? Кому учить? Как учить?
4 МАРТА 2019 // ИОСИФ СКАКОВСКИЙ
Пожалуй, нет другого общественного института, которым люди были бы так недовольны на протяжении всей своей истории, как школа. Много ли в мировой литературе привлекательных образов учителей? Много ли взрослых, добрым словом поминающих школу, где они учились? Кого-то из  учителей ещё помянут добром, но школу… Много ли родителей, которые довольны школой, где учатся их отпрыски?
Почему одни страны богатые, а другие бедные. Часть IV (дайджест)
4 МАРТА 2019 // ГЕННАДИЙ ПОГОЖАЕВ
  Инклюзивные политические и экономические институты не появляются из ниоткуда. Часто они возникают на фоне серьёзного конфликта тех, кто поддерживает экономический рост, и тех, кто на тот момент обладает политической властью. Инклюзивные институты зарождаются при наступлении исторических точек перелома, таких как Славная революция в Англии — то есть тогда, когда определённые факторы приводят к ослаблению правящих кругов и усилению оппозиции и в результате возникают стимулы для построения более плюралистического общества.
Что творят наши правители?
1 МАРТА 2019 // ВАЛЕРИЙ СОЛОВЕЙ
«Что они творят?!» — весьма распространенная оценка действий российского руководства. Его поступки зачастую кажутся странными и непонятными не только широкой общественности, но и экспертам. Между тем, за ними стоит логика специфического стиля мышления, пусть даже изначальная аксиоматика этой логики кажется сомнительной. Итак, три источника и три составные части мышления правящей группы российской элиты: традиционная российская стратегическая культура; профессиональная социализация данной группы; индивидуальный профиль президента Путина и субкультура его ближайших соратников.
Почему одни страны богатые, а другие бедные. Часть III (дайджест)
26 ФЕВРАЛЯ 2019 // ГЕННАДИЙ ПОГОЖАЕВ
Промышленная революция повлияла на все сферы английской экономической жизни. Этот динамичный процесс начался благодаря институциональным изменениям, берущим начало в Славной революции. После 1688 года всё больше средств вкладывалось в строительство каналов и платных дорог. Эти инвестиции снижали стоимость транспортных услуг и явились важным условием для начала промышленной революции.