В оппозиции
27 мая 2019 г.
ФСБ против Виктора Корба



Дело омского правозащитника, социолога и блогера Виктора Корба приобретает плохой оборот. Следственный комитет возбудил против него уголовное дело по статье 205.2 УК РФ. Он пока в статусе подозреваемого в пропаганде терроризма, что грозит до 5 лет тюрьмы. Учитывая практически нулевой процент оправдательных приговоров в российских судах, в случае передачи дела в суд гэбэшная ловушка захлопнется и в стране появится еще один политзаключенный.

Идеальный вариант – уехать, – к сожалению, невозможен, поскольку Виктор Владимирович сообщает, что он под подпиской о невыезде, хотя бумагу, запрещающую ему покидать Омск, он подписать отказался. Значит, теперь ответственность за его судьбу несем мы, его коллеги и единомышленники. Необходим резонанс, в том числе и международный, тем более что и само дело, и личность Корба дают для этого все возможности.

«Пропаганда терроризма», в которой подозревают омского правозащитника, заключается в том, что он в апреле 2015 года на сайте «Патриофил» опубликовал цитаты из стенографической записи последнего слова политзека Бориса Стомахина на процессе по его третьему делу.

Ситуация, когда человека подозревают в преступлении на основании публикации материалов открытого судебного процесса, сама по себе является новой ступенькой в движении российской правоохранительной системы в ад бесправия и беззакония. Не говоря уже о том, что эта публикация была частью повседневной работы Виктора Корба по защите политического заключенного Бориса Стомахина, отбывающего 10 лет за свои убеждения.

Правозащитника обвиняют за то, что он последовательно защищал политического заключенного. Это означает, что взят курс на уничтожение правозащиты как независимого института гражданского общества и замены его на систему «правозащитников в погонах», которые в любом конфликте становятся на сторону администрации.

Виктор Корб известен далеко за пределами Омска. И все, кто его знает, согласятся, что это человек несгибаемой воли и железных принципов. Поэтому ФСБ его сломать или согнуть не сможет. Значит, будут душить. Нельзя исключить, что придумают еще какую-то чушь и постараются посадить надолго. Надо не допустить передачи дела в суд. Это трудно, но достижимо. Вранье, что «система не поддается давлению». Бывает, что поддается. Смотря как давить.


Фото: Полина Жорова/личная страница Виктора Корба Facebook.com












  • Григорий Дурново: Редких обвинений становится всё больше. А в связи с выборами количество содержаний всегда увеличивается.

  • ТАСС: Симоновский суд Москвы назначил наказание экс-главе избирательного штаба блогера Алексея Навального Леониду Волкову в виде 20 суток ареста за нарушение правил организации митинга.

  • Давид Канкин: Роман Удот самый страшный преступник. Говорил, что выборов в России нет. Семь человек конвоя

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Леонида Волкова посадили за репортаж. А Романа Удота — за выборы
23 МАЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Мельница отечественных репрессий работает практически без выходных. Вчера она, не подавившись, смолола двух известных людей — политика Леонида Волкова и неполитика Романа Удота. Волкова посадили на двадцать суток в спецприемник, а Удота — под домашний арест. Дома, конечно лучше, чем в спецприемнике, но есть одно немаловажное обстоятельство. Волков обвинен по административной статье, чего не скажешь об Удоте — ему грозит уголовное наказание. Однако пойдем по порядку, от менее тяжкого преступления к более весомому. Ближайшего сподвижника Алексея Навального и главу его предвыборного штаба Леонида Волкова обвинили в «нарушении правил проведения митинга...
Прямая речь
23 МАЯ 2019
Григорий Дурново: Редких обвинений становится всё больше. А в связи с выборами количество содержаний всегда увеличивается.
В СМИ
23 МАЯ 2019
ТАСС: Симоновский суд Москвы назначил наказание экс-главе избирательного штаба блогера Алексея Навального Леониду Волкову в виде 20 суток ареста за нарушение правил организации митинга.
В блогах
23 МАЯ 2019
Давид Канкин: Роман Удот самый страшный преступник. Говорил, что выборов в России нет. Семь человек конвоя
Путин и «безбожники» Екатеринбурга
17 МАЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Когда журналист екатеринбургской газеты «Вечерние ведомости» на Медиафоруме ОНФ в Сочи задал Путину вопрос о противостоянии горожан и властей в связи со строительством церкви на месте сквера, он очень волновался и говорил немного сбивчиво. А тут еще Путин его несколько раз перебивал, сбивая с мысли. «Против чего протестуют?» — делая вид, что не понял, переспросил президент России. — «Против строительства храма на месте сквера», — повторил журналист. «Они безбожники?» — с улыбкой спросил Путин. Эта фирменная улыбка запомнилась всему миру, когда Путин именно с таким выражением на лице ответил на вопрос о том, что случилось с подлодкой «Курск»: «Она утонула».
Прямая речь
17 МАЯ 2019
Алексей Левинсон: Возможности провести опрос достаточно корректно, то есть репрезентативно для данного сообщества, района или города, существуют.
В СМИ
17 МАЯ 2019
Коммерсант: На четвертый день протестов в Екатеринбурге вокруг строительства храма Святой Екатерины в конфликт вмешался президент России Владимир Путин. 
В блогах
17 МАЯ 2019
Леонид Волков: Никакого доверия мэрии нет (кстати, все заметили как вдруг мэрия стала крайней, хотя исходно вся история шла от губернатора — его теперь выводят из-под удара). 
Оленевод провел в тундре незаконное собрание
15 МАЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Ямал в переводе с ненецкого означает «конец земли». Это арктическая тундра, где живут олени, песцы и белые совы. Заходят белые медведи. Людей мало. На полуострове площадью 122 тысячи кв. км (это почти три Московские области) живут 16 тысяч человек. Почти половина из них – кочевники. «Полуостров слабо освоен человеком», – сообщает «Википедия»… А еще на Ямале есть бурная общественная жизнь. Есть неформальный лидер ямальских кочевников (оленеводов и рыбаков) Ейко Сэротэтто. Он – блогер, создал сообщество в соцсетях «Голос тундры», в котором поднимает вопросы сокращения поголовья оленей...
Прямая речь
15 МАЯ 2019 // ДМИТРИЙ ОРЕШКИН
Алексей Макаркин: ...у нас не прецедентное право, так что нет гарантии, что какой-нибудь правоохранитель не попытается в следующий раз митинг в лесу разогнать.